Напишем:


✔ Реферат от 200 руб., от 4 часов
✔ Контрольную от 200 руб., от 4 часов
✔ Курсовую от 500 руб., от 1 дня
✔ Решим задачу от 20 руб., от 4 часов
✔ Дипломную работу от 3000 руб., от 3-х дней
✔ Другие виды работ по договоренности.

Узнать стоимость!

Не интересно!


МГП и вооруженные конфликты немеждународного характера


Наряду с международными войнами, история изобилует фактами вооруженных конфликтов немеждународного характера, революций, гражданских войн, мятежей, восстаний против правителей и существующего порядка. В последнее время все больше вооруженных конфликтов носят именно немеждународный характер.

Во время подобных конфликтов противники, как правило, имеют личные причины ненавидеть друг друга, поэтому ненависть, ожесточение воюющих друг к другу зачастую оказываются еще более сильными, чем в войнах между государствами. На эту особенность немеждународных (внутренних) вооруженных конфликтов обратил внимание еще около столетия назад известный российский юрист Ф.Ф. Мартенс, который указывал, что междуусобная война всегда гораздо больше вызывает у воюющих чувство ненависти и возбуждает страсти, чем война между независимыми народами. Следовательно, при междуусобной войне гораздо труднее найти в обычаях и законах надлежащие границы для произвола и насилия. Гражданская война в России вскоре явилась прекрасным подтверждением слов Ф.Ф. Мартенса.

У правительства, как правило, нет страшнее врагов, чем люди, пытающиеся силой свергнуть существующий режим. Поэтому во все века с такими людьми не церемонились, и преследовали тех, кто пытался доказать, что даже с мятежниками нельзя делать все, что угодно. Подавление восстаний и мятежей обычно осуществлялось с огромной жестокостью. Так было и в 185 г. до н.э., когда после подавления восстания рабов в Апулии, 7000 рабов были распяты римлянами; так было и в 1871, после разгрома Парижской Коммуны, когда было казнено примерно 25 тысяч человек; так было и в многочисленных гражданских войнах XXвека.

Лишь в XVIII веке появилась идея руководствоваться законом даже в борьбе против тех, кто поднялся против правительства. Юрист Эмерих де Ваттель первым сформулировал это положение (правда, достаточно робко) в своем произведении Право наций.

Во время гражданской войны в Америке в 60-х годах XIX века внутренним конфликтам был посвящен целый раздел Инструкций для командующих армий Соединенных Штатов на поле боя. Эти инструкции, весьма передовые и проникнутые духом гуманности, были разработаны советником президента Линкольна Френсисом Либером, и приняты в 1863 году. В общем и целом, инструкции соблюдались. Но увы проявление гуманности во время немеждународного конфликта было все же исключительно редким явлением.

Люди, которые пытались применить какие-то регулирующие нормы к внутренним конфликтам, подвергались двум серьезнейшим обвинениям: вмешательство во внутренние дела государства (посягательство на государственный суверенитет!) и предоставление помощи бандитам.

Неудивительно, что защита жертв в период вооруженных конфликтов немеждународного характера длительное время оставалась вне сферы международно-правового регулирования.

Поэтому третья статья, общая для всех Женевских конвенций 1949 года, посвященная немеждународным вооруженным конфликтам, явилась настоящим прорывом. Она впервые обязала государства ограничивать насилие и защищать жертв войны во время вооруженных конфликтов немеждународного характера. Ранее данные вопросы относились исключительно к сфере компетенции самих государств. За особое значение третьей статьи, общей для всех Женевских конвенций 1949 года, ее даже называют Мини-конвенцией.

Данная статья устанавливает, что в случае вооруженного конфликта, не носящего международного характера и возникающего на территории одной из Высоких Договаривающихся Сторон, каждая из находящихся в конфликте сторон обязана применять как минимум следующие положения:

1. Лица, которые непосредственно не принимают участия в военных действиях, включая тех лиц из состава вооруженных сил, которые сложили оружие, а также тех, которые перестали принимать участие в военных действиях вследствие болезни, ранения, задержания или по любой другой причине, должны при всех обстоятельствах пользоваться гуманным обращением без всякой дискриминации по причинам расы, цвета кожи, религии или веры, пола, происхождения или имущественного положения или любых других аналогичных критериев.

Эти положения общего характера дополняют нормы, раскрывающие понятие гуманное обращение. В частности, запрещаются посягательство на жизнь и физическую неприкосновенность упомянутых лиц, причинение увечий, пытки и истязания, другое жестокое и унижающее достоинство обращение, взятие заложников, казнь без суда и следствия. Положения ст. 3 также предусматривают возможность применения, полностью или частично, других положений Женевских конвенций 1949 г., однако это обусловливается необходимостью заключения дополнительных специальных соглашений между воюющими сторонами.

Многие юристы отмечали, что Мини-конвенция, при всей своей важности, имеет существенные недостатки. Действительно, некоторые важные вопросы решены в ней без достаточной ясности, и поэтому существует широкий простор для их толкования. Ряд значимых вопросов, таких, как запрет репрессалий против гражданского населения, защита гражданских объектов, вообще не затрагивались в Мини-конвенции. Опыт вооруженных конфликтов, имевших место уже после ее принятия, подтвердил, что Мини-конвенции недостаточно для эффективной международно-правовой защиты жертв внутренних вооруженных конфликтов.

Именно поэтому в 1977 г. потребовалось принятие Второго дополнительного протокола к Женевским конвенциям, посвященного вооруженным конфликтам немеждународного характера. Этот документ принимался на Дипломатической конференции в ходе жарких дискуссий и серьезных споров, после которых, в итоге, был принят усеченный вариант, содержащий всего 28 статей. Однако, Второй дополнительный протокол уже более детально и четко, чем Мини-конвенция, прописывает защиту жертв немеждународных вооруженных конфликтов.

Прежде всего, это защита гражданского населения, всех тех, кто не принимает участия в военных действиях. Говорится об уважении медицинского персонала и оборудования, о гуманном обращении со всеми ранеными, больными и лишенными свободы, независимо от национальности, религии и т.д. Упоминается также о защите некоторых категорий гражданских объектов, запрещаются акты насилия или угрозы насилием, имеющие основной целью терроризировать гражданское население.

Однако, если третья статья Женевских конвенций 1949 г. применима практически к любым внутренним вооруженным конфликтам, то сфера применения Второго дополнительного протокола 1977 г. строго очерчена: он применяется в случае вооруженных конфликтов между правительственными войсками и организованными вооруженными группировками, находящимися под ответственным командованием и осуществляющими такой контроль над частью территории страны, который позволяет им вести непрерывные и согласованные военные действия.

Ясно, что не все внутренние вооруженные конфликты попадают под данное определение. Например, повстанцы зачастую действуют разрозненно, не согласованно и не контролируют часть территории страны. В этом случае Второй дополнительный протокол 1977 г. не действует.

Однако если вооруженный конфликт внутри страны не соответствует упомянутым критериям, по отношению к нему применяется статья третья женевских конвенций 1949 года, которая в любом случае остается в силе. Второй дополнительный протокол 1977 г. не отменяет, а развивает и дополняет ее. Это особенно важно, учитывая, что ряд стран не ратифицировали Второй дополнительный протокол 1977 г. Положения же Женевских конвенций 1949 г. являются обязательными для всех государств.

Вооруженным конфликтам немеждународного характера посвящено гораздо меньше норм МГП, чем международным вооруженным конфликтам. (Это связано, в частности, с уже упомянутым щекотливым вопросом государственного суверенитета). Однако на современном этапе более важным вопросом представляется не дальнейшее дополнение данных норм, а строгое соблюдение имеющихся. Потому что с этим очень большие проблемы. Во время конфликтов в Сальвадоре в 1980-х гг., на территории бывшей Югославии в 90-х гг. XX в., в Руанде в 1994 г., в Чечне в 1994-1996, во многих других немеждународных вооруженных конфликтах применялись варварские средства и методы ведения войны, постоянно нарушались нормы МГП.

Впрочем, чеченский конфликт у нас официально не назывался войной или вооруженным конфликтом (хотя, по всем параметрам, на определенных этапах соответствовал вооруженному конфликту немеждународного характера). Он именовался то наведение конституционного порядка (первый чеченский конфликт), то антитеррористической операцией (второй чеченский конфликт). Но, как бы он ни назывался, в его ходе обе воюющие стороны зачастую игнорировали как законы и обычаи войны, так и нормы прав человека, в том числе самые основные.

Общеизвестно и то, что люди, совершившие военные преступления в ходе внутренних вооруженных конфликтов, зачастую несут за это чисто формальное наказание или вообще никак не наказываются. Убийство журналистки Натальи Алякиной-Мрозек является лишь одним ярким примером. Она вместе со своим мужем была в служебной командировке в Чечне, и когда их машина уже проехала блокпост, один из военнослужащих вдруг открыл огонь из крупнокалиберного пулемета по их машине. Наталья была убита. Военный, который обвинялся в умышленном убийстве, получил лишь два года условно, и то дело дошло до суда только благодаря тому, что муж Натальи поклялся не оставить это убийство без наказания, добивался через международные организации, через ОБСЕ, официальные межправительственные каналы возбуждения дела. Громкое дело полковника Буданова, застрелившего чеченскую девушку Эльзу Кунгаеву, очевидно, можно расценивать как показательную порку, призванную продемонстрировать, что подобного рода злодеяния в России не остаются безнаказанными, и что ситуация в этом плане меняется к лучшему.

Однако огромное количество военных преступлений, совершенных как в России, так и в других странах, осталось без должного юридического рассмотрения, по ним не было вынесено вообще никаких решений.

В заключение необходимо напомнить, что если ситуация насилия не достигает интенсивности вооруженного конфликта, на данной территории действуют не нормы МГП, а международное право прав человека и, конечно же, национальные законы.

Резюме.

На протяжении веков вооруженные конфликты немеждународного характера были (и остаются) зачастую еще более жестокими, кровавыми, чем войны между государствами. Между тем, защита жертв в период вооруженных конфликтов немеждународного характера длительное время оставалась вне сферы международно-правового регулирования.

Третья статья, общая для всех Женевских конвенций 1949 года (за ее особое значение названная Мини-конвенцией), посвященная немеждународным вооруженным конфликтам, явилась настоящим прорывом. Она впервые обязала государства ограничивать насилие и защищать жертв войны во время вооруженных конфликтов немеждународного характера.

Однако некоторые положения упомянутой третьей статьи были сформулированы недостаточно ясно и подробно, а ряд важных вопросов (например, запрет репрессалий против гражданского населения, защита гражданских объектов) вообще не затрагивались. Поэтому потребовалось принятие дополнительного нормативного акта. Им стал Второй Дополнительный протокол 1977 г. Он уже более детально и четко, чем Мини-конвенция, прописывает защиту жертв немеждународных вооруженных конфликтов. Однако его сфера применения более ограничена, к тому же, некоторые государства его не ратифицировали.

Немеждународным вооруженным конфликтом посвящено значительно меньше нормативных актов МГП, чем международным. Однако сейчас более важно не создавать новые документы, а добиваться строгого соблюдения имеющихся.

Предыдущие материалы: Следующие материалы: